еврейско-цыганское

[l_u]

Страна у нас на самом деле большая. Большая и мобильная. Есть куда мигрировать.
Вот, в 91-ом, во время войны в Заливе, скады падали на Тель-Авив, помните? Ну, пели ещё все "аль гагот Тель-Авив машеhу коре ба лайла..." ("на крышах Тель-Авива что-то ночью происходит"). Тогда бежали в Эйлат и в Иерусалим.
Потом был длительный мир. В мирное время население севера и юга предпочитало не соваться на территории и в Иерусалим ездило не слишком охотно, опасливо поясняя, что "у вас автобусы взрывают". Порой из Вифлеема обстреливали южные кварталы столицы, мэрия вставляла в "передовые" квартиры пуленепробиваемые стёкла и строила бетонный забор, наши друзья-художники его разрисовывали.
Прошлым летом появились бездомные в оранжевом, принудительные беженцы с юга, из Газы.
Нынче же беженцы с севера потянулись на юг.
Подруга с облегчением говорит о единственном сыне, служащем в боевых частях, что он пока в Дженине.
Понятия о безопасных местах меняются, как перчатки.

- Алло, мама, ну что ты, это всё российское телевидение врёт, нисколько тут не опасно, мы в глубокойм тылу. До нас ракеты не долетают километров пятьдесят. Ну и что, что они обещали дострелить до Иерусалима. Мама, ты кому веришь? Мне или террористам? Ну вот. Что автобусы? Автобусы у нас всегда взрывались, так что это тут ни при чём, ты должна была привыкнуть. Привыкла?  Ну, вот видишь, всё хорошо. Нет, не придут резать. А я говорю - не придут. Потому что у нас армия хорошая. Что значит, не бывает армия хорошая? А у нас бывает. Ну вот видишь, всё нормально. Не надо волноваться. Когда будет надо, я тебе скажу.

Дорогие неизраильтяне, вы, конечно, волнуйтесь, но пока не сильно. Когда надо будет сильно, мы вам скажем. Именно мы, а не российские компетентные органы СМИ.