оглянусь

Вот он, ветер свободы, пей его, жри,
жрица любви к непогоде, сменившая веру — на ветер.
Как в непогоду стонали твои корабли,
так — в годы счастья — твои нерожденные дети.

А в годы несчастья рожденные дети умны,
неприхотливы, жестоки. Они помогают в служении,
как помогает озноб наступленью зимы,
и ей же — отсутствие смеха и сожаления.

Точным и острым не взглядом, но жестом, вели
выть во всю глотку и ветру, и волку, и трубам
и радуйся, видя как жадно твои кобели
хапают воздух, совокупляясь друг с другом.

А, этого ты добивалась — зазора в стене,
грунтованной содранной кожей скользящих ладоней —
чужих и смирившихся. Тихий уютный садовник,
косу отставив, берется за тусклый стилет.