* * * (-20)

[l_u]

Глазницы фонарей. Ночь щупает лицо.
Компания бодрящихся. Машина. Пустота.
И сгусток недосказанности тянется, и вот
                                       он лопается с чмоканьем,
                                                                 и каждому — своё...

А своя  недосказанность — ближе к телу,
прослойка между одеждой и тусклой кожей,
согревает между сделанным делом
и тем, которое в принципе сделать не сможешь.
Недосказанность не твердит, но даёт понять однозначно,
что за ней всегда остаётся простор для догадок —
о себе, о судьбе, о миссии даже,
и о том, конечно, что свет достаточно гадок,
а ты ну такой тонкий, такой ранимый,
и потенциал — ого! (может быть) — такой огромный,
и пусть пока неприкаянный, нелюбимый,
зато — непризнанный. Зато — гордый.

А ночь смыкает пальцы на душе,
так летом душно, пАрит... Так нечисто...
У этой ночи на загривке шерсть,
и грозное молчанье очевидца.