Скелет в шкафу
Nov. 25th, 2005 02:12 pmНе смотря на юзерпик, стихотворение не мое, а как всегда в этом журнале - Эли7, которая тогда очень удивилась бы, узнав, что у нее может быть подобное погоняло.
Короче, забытое мной и вдруг остро понравившееся стихотворение из еще "советской" книги Елизаветы Михайличенко:
КАРАБАС-БАРАБАС
Балаган продувается ветром,
дети часто болеют, кашляют.
Представление пламенной веры -
это программа вчерашняя.
Нынче в моду вошли бичи,
в смысле хлысты и вдовы
унтер-офицеров. Зрачки
у зрителей тупо-бездонны.
А за кулисами мы. Так мерно
и тщательно пестуем главную из затей -
третью сигнальную систему
для наших детей -
жесты, взгляды, намеки - они понимают.
Смышлены, оборваны, в щелки смотрят на мир.
За пределы нашего балагана их не пускает
хозяин - черный сатир.
Не то, чтоб совсем козлоног, или любит вино,
но разум его постоянно дает перебои.
Мы почему-то очень боимся его,
так, как боятся еще не испытанной боли.
Во время застоя рассудка он так нелюдим,
и очень любезен с гостями из-за матерьяла,
которым закрыт наш смешной и загадочный мир -
"Его сохранить!" - призывает хозяин устало
и смотрит недобро. С трудом попадаем мы в роль,
как пьяный в рукав полушубка. А дети
спрашивают на входе пароль
и требуют денег у зрителей в туалете.
А мы за кулисами спорим о третьей системе,
жалеем детей (а быть может, уже ненавидим?)
и думаем - не построить ли плотные стены,
чтоб вовсе не видеть, чем через щелочку видеть.
Короче, забытое мной и вдруг остро понравившееся стихотворение из еще "советской" книги Елизаветы Михайличенко:
КАРАБАС-БАРАБАС
Балаган продувается ветром,
дети часто болеют, кашляют.
Представление пламенной веры -
это программа вчерашняя.
Нынче в моду вошли бичи,
в смысле хлысты и вдовы
унтер-офицеров. Зрачки
у зрителей тупо-бездонны.
А за кулисами мы. Так мерно
и тщательно пестуем главную из затей -
третью сигнальную систему
для наших детей -
жесты, взгляды, намеки - они понимают.
Смышлены, оборваны, в щелки смотрят на мир.
За пределы нашего балагана их не пускает
хозяин - черный сатир.
Не то, чтоб совсем козлоног, или любит вино,
но разум его постоянно дает перебои.
Мы почему-то очень боимся его,
так, как боятся еще не испытанной боли.
Во время застоя рассудка он так нелюдим,
и очень любезен с гостями из-за матерьяла,
которым закрыт наш смешной и загадочный мир -
"Его сохранить!" - призывает хозяин устало
и смотрит недобро. С трудом попадаем мы в роль,
как пьяный в рукав полушубка. А дети
спрашивают на входе пароль
и требуют денег у зрителей в туалете.
А мы за кулисами спорим о третьей системе,
жалеем детей (а быть может, уже ненавидим?)
и думаем - не построить ли плотные стены,
чтоб вовсе не видеть, чем через щелочку видеть.
no subject
Date: 2005-11-25 03:26 pm (UTC)